October 17th, 2019

от Лабазова

Ангелочек

"Мюнхенские дионисии" привезли  к нам моноспектакль Анастасии Фишер "Ангелочек", по рассказу Леонида Андреева.

Святочные рассказы бывают  умилительные, но без хэппиэнда.  Мрачный Леонид Андреев (ну, а что ты хотела) через сто двадцать почти лет мне отзывается  знакомой тревожностью, нервозностью.

Тринадцатилетний волчонок нехотя идёт на ёлку к "благодетелям"  - в сестру хозяйки дома когда-то был влюблён его отец,  а теперь отец спился и вообще. Хорошо бы ему табаку  принести  в качестве гостинца. Но неожиданно некое эстетическое впечатление завладевает сознанием волчонка. Красивая вещица - восковой ангел - начинает казаться чем-то исключительным,  магическим. Мне подумалось -  хорошо, что  ангел исчез,  а не то  в беспощадном свете утра  он утратил бы  свои свойства, разочарование было бы убийственнее, чем утрата. Развоплощение как идея смертности, прах к праху, а дух-то  бессмертен, тайна остаётся и даёт надежду; этому даже недоучившихся  гимназистов успевают к этому возрасту научить,  а физике, видимо,  нет (ладно, но здравый смысл почему нам вечно отказывает, тоже загадка).

В череде сверкающих и прочих великолепных ёлок  русской литературы полно ведь и скромных, и грустных, и даже зловещие есть. И что-то мне всё время лезет на ум ёлка у Свентицких, - может быть,  это Пастернак случайно из Л.Андреева ёлку у Свечниковых  искажённо процитировал (столько там нужды и бедствий, ревности,  ложной надежды и дурных предзнаменований).  Худо, праздник с мещанским уютом   даже временной передышки не даёт. И этот равнодушный ангел - излишне поэтический на тусклом фоне, и модно-символистский. Это пока ещё не тот жёлтый ангел, сочувственный, который "даже в нашем добром небе были все удивлены."

Если от ностальгических картинок девятнадцатого века  перевести взгляд  к декадентам и прочим, двадцатый век промелькнёт, а тут уже и наши дни  с фейковыми декорациями заёмного прошлого (сама грешна).

А гимназист волчонок всё тот же.

- Дурная кровь, - вздохнула Софья Дмитриевна. - Вот не можете ли, Платон Михайлович, устроить его? Муж говорит, что ремесленное ему больше
подходит, чем гимназия. Саша, хочешь в ремесленное?
- Не хочу, - коротко ответил Сашка, слышавший слово "муж".
- Что же, братец, в пастухи хочешь? - спросил господин.
- Нет, не в пастухи, - обиделся Сашка.
- Так куда же?
Сашка не знал, куда он хочет.
- Мне все равно, - ответил он, подумав, - хоть и в пастухи.

Хотя, конечно, мы знаем, что ничего  совсем уж плохого с  исключённым гимназистом не случится, вывезет кривая. (Я рассказ перечитала, и комментарии, -  дисфункциональную семью автор слишком очернил, мог бы и помягче, раз уж факты собственной жизни  вплетает). Но жалко его всё равно.

Актриса Анастасия Фишер сыграла сказку в андерсеновском духе,   простую и трогательную.

Изменчивая, но не хлопотливая манера переключения между персонажами, лёгкость и искренность. Ребёнок у неё получается  живой и странный, милый без сюсюкания. Мелкое враньё холодной дамы ощущается беззлобным (оттого ещё неприятнее). Отец-алкоголик, погибший человек, пугающе симпатичен, и похож на всех этих падших, к коим уже милости призывать неоткуда.
Текст многослойный, и  в  голосе  актрисы, через её спокойную речь  нам даётся возможность  распознать  и  ироничную интонацию в слове "гимназия" и другое всякое, бытовое и социальное,  и высокое притчевое.

Художественное оформление минималистичное,   всех декораций одна лестница под холщовой завесой, с разным светом и драпировкой может  быть чем угодно. Из той же волшебной дерюжки и костюм:  то короткие рукава школьной формы, из которой  мальчишка вырос,  то шёлковое бальное платье.

Музыка Эрика Сати вневременная, неиллюстративная,  подходящая к сюжету на каком-то  более тонком уровне.

Очень понравилось.  (И жаль, конечно, что Гоша со мной не пошёл,  я думаю, он оценил бы такой театр).

Спасибо fstassi за приглашение, горжусь знакомством.